Израиль, как возможная форма решения проблем.

Да, уж, пока не слазишь на Джомолунгму, никто не назовет твоим именем ни лодку ни девочку ни мальчика.
Живи безвестным. Раз не въезжаешь.

 

Слава Б-гу!

 

Фото самой красивой женщины уходящего века
Элине Быстрицкой, известнейшей советской актрисе, 4 апреля исполнилось 88 лет. Потрясающе талантливая актрисе, полковник казачьих войск, почетный академик – она делала прекрасным все, к чему прикасалась. Этой женщине рукоплескал весь мир, а её Аксинья в фильме «Тихий Дон» потрясла самого Шолохова. По многочисленным опросам, эта женщина была самой красивой в уходящем веке.

 

Это самые страшные люди в ЦАХАЛе: офицеры извещений о гибели, "модиа-нифгаим".

Их должность даже не произносят вслух, чтобы не навлечь беду. Говорят: "стук в дверь" - и все понимают, о чем речь. Эти люди никогда не звонят, только стучат.
Приходят вчетвером: три офицера и врач. Это резервисты, которые добровольно согласились выполнять страшные обязанности. Они живут с постоянно включенным телефоном. В любое время дня и ночи им могут позвонить, назвать адрес и кодовый номер одного из 4 извещений: убит, тяжело ранен, попал в плен, пропал без вести.

Для первых фраз извещения есть стандарт: само сообщение и описание дальнейших действий, потом приходится поступать по обстановке. Поэтому сюда берут самых умных, эмоционально устойчивых, хладнокровных и в то же время сердечных людей. Возраст - старше 30 лет, большинство - мужчины. Вот несколько их историй.

"Если к дому военнослужащего приближаются трое военных и человек в штатском, то израильтяне все понимают без слов. Однажды мы подошли к двери, а оттуда крик: "Уходите, твари, ненавижу! Не открою! Идите к ХАМАСу стучитесь!"
А другой раз из-за закрытой двери раздался тихий женский голос: "Постойте там 10 минут, а я тут посижу, ладно? Пусть он еще 10 минут будет живой". Так мы и стояли у закрытой двери, пока она не собралась с силами".

"Нам дали адрес, но предупредили: хозяйка пошла за платьем, придется подождать в машине. Подъезжая, мы увидели молодую женщину. Она шла домой, в руках несла свадебное платье. Она улыбалась, и мы посидели в машине еще, чтобы подарить ей десять последних минут безмятежности".

"Во время "Нерушимой скалы" приходилось несколько раз ездить в аэропорт и передавать извещение там: лето, люди возвращались из отпусков... Одни родители вылетели из Америки, когда сын еще был жив, а по прилету у трапа ждали мы. И вот мы стоим, молчаливые офицеры в армейской форме, а пассажиры спускаются и по их взглядам сразу видно, кто израильтянин, а кто турист. Наши сразу бледнеют".

"Когда меня брали на эту должность, то предупредили: у тебя нет права выйти из себя. Твои слова, твое лицо эти семьи запомнят до гробовой доски. Ты уже их забудешь, а они будут помнить... Я забуду? Я уже десять лет выполняю эту работу и помню до мельчайших подробностей каждую улицу, каждый дом и каждого человека, который открыл дверь на стук".

А самым страшным был случай, когда о гибели сына пришлось сообщать самой начальнице отдела извещений, полковнику Варде Померанц. Она открыла дверь на стук, увидела офицеров и только спросила: "Даниэль? Прошу, ни слова больше" - знала текст похоронного сообщения наизусть...

 

Мусульманские девушки идут служить в израильскую армию

Вы по-прежнему думаете, что Израиль – страна апартеида?

Наверное, вы просто еще не слышали, что говорят эти молодые мусульманские и христианские арабские девушки, которых всё больше в израильской армии.

Юные мусульманки вступают в борьбу на стороне Израиля! И у каждой из этих бесстрашных молодых женщин есть своя особенная и важная история.

Когда рядовой A, одна из мусульманок, служащая сейчас в Армии обороны Израиля, решилась на это, ее родители отказались поддержать ее. Тогда ей пришлось уйти из дома, и теперь она получила поддержку армии как не имеющая родителей.

«Получается, что мне теперь нужно помогать себе самой, – рассказала она, – и порой это по-настоящему сложно, даже с учетом той помощи, что я получаю от армии. Военная служба – редкость для мусульманской девушки, потому что в наших семьях это совсем не принято. Пусть так, но я всё равно советую другим мусульманкам пойти в армию. Это огромный опыт, меняющий жизнь».
Рядовой G, религиозная мусульманка, выросла в еврейском окружении. Она решила пойти на военную службу, когда увидела, что все соседки уже служат в рядах ЦАХАЛа. Еще она добавила, что ее мать была положительно настроена и регулярно пишет ей письма для моральной поддержки. «Мама сказала, что, если бы она в моем возрасте могла пойти служить, она бы это сделала».

Рядовой S также выросла в еврейском окружении. «Всю жизнь я ходила в школу с еврейскими девочками, поэтому я и хотела, окончив школу, пойти в армию, как и мои подруги», – объяснила она.

Капрал M – арабка-христианка: «Однажды я увидела группу девушек-солдат с пулеметами. Я расспросила их о службе, и это звучало весьма интересно. Я даже не знала, куда нужно обратиться, чтобы попасть в армию, но они мне объяснили».

«Когда я оказалась в армии, – продолжила капрал, – я как-то гуляла неподалеку от тех мест, где выросла, в военной форме. Когда арабы увидели меня, они удалили меня из друзей в «Фейсбуке» и стерли мой номер из своих телефонов. Это было очень тяжело, но некоторые из друзей по-прежнему со мной, а в армии у меня появилось много новых друзей и подруг».
Автор: David Lazarus

 

“Черные евреи” отметили в Димоне Пасху нового мира.

18 мая в Димоне община “Черных евреев” отметила так называемую Пасху нового мира – праздник, приуроченный к годовщине исхода представителей этой общины из США в Израиль.

Как рассказывают основатели общины, в 1969 году 300 афроамериканцев, считавших себя потомками древних колен Израилевых, услышали призыв ангела покинуть США и переселиться в Святую Землю. “Черные евреи” получили статус постоянных жителей Израиля и поселились в Димоне. Хотя израильские власти по-прежнему не считают их евреям, они соблюдают еврейские праздники и обычаи, служат в ЦАХАЛе.

Члены общины говорят между собой на английском языке, но детей в своей школе учат по обычной израильской программе. Они также создали собственное музыкальное направление.

“Черные евреи” придерживаются вегетарианской диеты, употребляя в пищу только фрукты и овощи. Исследование, проведенное американскими учеными в 1998 году, установило, что они не страдают недугами, характерными для афроамериканцев – ожирением, высоким уровнем холестерола и повышенным давлением.



Фото: Корина Керн. Flash90

http://rusjev.net/2016/05/20/chernyie-evrei-otmetili-v-dimone-pashu-novogo-mira/

 

Стихи Наоми Шемер, перевод И. Явчуновской

• 
  Пьянит прозрачный воздух горный
  И сосен аромат.
  Под звон колоколов на город
  Спускается закат.
  
  Застыли дерево и камень,
  И дремлет в тихом сне
  Тот город, что манит веками
  К своей святой стене.
  
  Мой золотой Иерусалим,
  Cиянье меди, свет и стать,
  Твоим напевам скрипкой
  Позволь мне стать!
  
  Но почему сухи колодцы?
  Зачем пусты дворы?
  Шофара зов не раздаётся
  У Храмовой горы.
  
  В ущельях скал лишь ветры воют,
  И где-то далеко
  Нас не уводит за собою
  Дорога в Йерихо.
  
  Мой золотой Иерусалим,..
  
  Ты будешь царственно украшен
  Сияющим венцом.
  Песнь о тебе подхватит младший
  Из будущих певцов.
  
  Пусть зноя жар и поцелуев,
  Что дарит Серафим,
  Мне губы жжёт, если смогу я
  Забыть Иерусалим.
  
  Мой золотой Иерусалим,..
  
  Но вновь звенит вода в колодцах,
  Шум рынка, площадей.
  Шофара эхо вновь несётся
  Вдоль улиц и аллей.
  
  В ущельях скал струится солнце,
  Как тысячи огней.
  В Йерихо дорога вьётся,
  А мы пойдём по ней.

 

Перед выселением еврейских поселенцев из Газы люди пытались протестовать.
Мы стали в цепочку, взявшись за руки...
Не помогло.
Генерал Шарон, герой Израиля, строил Новый Ближний Восток...

Chain Jerusalem-Gush-Katif 25/07/2004
Живая цепь от Иерусалима до Гуш-Катифа

 

Выходец из Молдавии сменил кресло министра иностранных дел на жесткий стул министра обороны.
Это что, конец арабского бардака или политическая возня? А может быть полномасштабная война?

...и не говорите, что это далеко и вас не коснется, Сараево в 14-ом тоже было далеко от России...


27.05.16 ¦ Владимир Янкелевич, Военный эксперт "Полосы"

Аялон VS Либерман: достоинства и недостатки

Если вдруг мы обнаруживаем, что никто не кричит об отсутствии доверия к правительству, о том, что власть в Израиле захватили экстремисты, то вероятно, что мы уже не в Израиле. Складывается впечатление, что такие страшилки – просто вид национального спорта.

Моше Яалон, уже бывший министр обороны, сообщил: "Мы являемся свидетелями утраты моральных ориентиров в самых базисных вопросах", "истинные лидеры ведут за собой по моральному компасу, а не бегут за золотым тельцом", а " Израилем, а также движением "Ликуд" овладели опасные экстремисты, раскачивающие наш общий дом и представляющие угрозу для его жителей». Эта истина ему открылась именно в день отставки. До этого он все это вроде ощущал, но как-то не конкретно, и потому активно участвовал то ли в раскачивании общего дома, то ли в беге за золотым тельцом.

Ципи Ливни призвала: «Соберите все силы для борьбы с общим противником, с тем, с кем мы и должны бороться: с политическим безумием этого правительства. Мы должны, объединив усилия, дать бой и победить, - ради будущего Израиля".

Так и видится Ципи, залегшая с оружием в кустах недалеко от Кнессета с целью «дать бой и победить». Заблудилась она в цели, времени и месте уже давно. Но таких «высот», как в этом призыве, еще не достигала.

И Герцог, само собой, не мог промолчать. Это он заявил, что результатом назначение Авигдора Либермана министром обороны в "правительство Либермана-Беннета" станет череда гробов.

Телекомментатор Рон Бен-Ишай ужаснулся: теперь основным принципом ЦАХАЛа станет библейская максима "замышляющий тебя убить - убей его раньше". Видимо, он считает, что пришедшего убить тебя нужно убить позже, к примеру, являясь по ночам в виде привидения и пугая убийцу жуткими криками.

Все это их политическая трескотня. Если ее отбросить, что остается в сухом остатке?

Ущерб от ухода Моше Аялона с поста министра обороны?

У Моше Аялона впечатляющая военная биография. Честь ему и хвала за это. Лучшие из лучших идут в боевые части, паркетным генералам в Израиле нет места. Меряться заслугами не принято, незаслуженных генералов просто нет. Военная биография Аялона завершилась 11 лет назад, после чего он был членом Ликуда и верным соратником Нетаниягу, занимая различные должности - министра по стратегическим делам, заместителя премьер-министра и члена Кабинета по безопасности, а затем занимал посты министра обороны и первого заместителя премьер-министра.

Генералом быть сложнее и проще. Сложнее — потому что стреляют, потому что гибнут люди, а проще — потому что нужно решать привычные задачи, те, решать которые учились на многочисленных военных учениях. Пока шла военная служба — все хорошо, все привычно. Но после службы начинается другая жизнь, и совсем не факт, что блестящий генерал станет таким же выдающимся политиком. Мати Пелед – достаточный пример?

Определенное непонимание решений Яалона можно было списать на недоступную нам информацию, он что-то знает, а мы нет, оттого и непонимание.

Серьезные сомнения зародились с поджога в деревне Кфар-Дума.
Напомним: с 30 на 31 июля, около 02:00, в арабской деревне Кфар-Дума неизвестные злоумышленники совершили поджог дома семьи Давабше. Что об этом мы знаем сегодня? А то же, что и раньше, с дополнением – в марте 2016 их подожгли еще раз. Вероятно те же, неустановленные злоумышленники.

Но, не дожидаясь результатов следствия, не имея никаких оснований, кроме, вероятно, сугубо личных взглядов на ситуацию, министр обороны объявил по поводу поджога «Непреклонную и бескомпромиссную борьбу с еврейским терроризмом». Особо он приветствовал решение, давшее «зеленый свет» использованию административных арестов: «Этим мы одолеем террор».

Одолел? Что-то не похоже. Но вот военной администрации Иудеи и Самарии он дал четкий сигнал: ищите «еврейский терроризм», правда, посетовал на трудности по юридической части, но с этим он справился. Он заявил, что практика административных арестов поселенцев «будет одним из [эффективных] инструментов, которые мы используем, чтобы нанести резкие удары по еврейским террористам, довести их до суда и [тем самым] отстоять израильскую демократию и израильских граждан» (досл. «זה יהיה אחד מהכלים הדראסטיים שנשתמש בהם כדי להכות בטרוריסטים היהודים, להביא אותם לדין ולהגן על הדמוקרטיה הישראלית ועל אזרחי ישראל»).

Были задержаны десятки молодых людей. Подавляющее большинство задержанных были отпущены, так как им не смогли предъявить обвинения, но нанесенный им психологический ущерб достаточно серьезен. Обвинения, которые предъявляют остальным - смехотворны, и не имеют никакого отношения к тому поджогу, о котором заявлял бывший министр, да и они, скорее всего, не приведут к судебному вердикту. Но как-то безответственные заявления остались без реакции.

А как обстояли дела с остальными достижениями?

1. Например, с операцией «Мави Мармара».

Это знают немногие, но именно Яалон принимал важнейшие решения во время печальной памяти операции по захвату судна. Высадка морских коммандос на палубу под дубинки террористов с бутафорскими ружьями для пейнтбола была утверждена им. А разрешение открыть огонь для спасения израильских солдат он дал только час спустя, когда многие солдаты были уже сильно избиты или ранены. Солдаты остались живы не благодаря (чтобы не писать вопреки) ему. С достаточной вероятностью можно утверждать, что нормальный военный захват корабля остановил бы турецких боевиков в самом начале, и не пришлось бы девять из них убивать. Это он тоже может записать к себе в актив.

2. С борьбой с камнеметателями и «ножевыми террористами». «Интифада одиночек».

Яалон требовал неукоснительного соблюдения «стратегии терпения». То есть спокойно стоять под ударами камней, бутылок с зажигательной смесью…

Правила открытия огня – важнейшая вещь. Они должны точно и ясно определять, в кого стрелять можно, а в кого нет, когда в воздух, а когда в голову. Но ясности как раз и не было, был сплошной туман.

С одной стороны: «В случае угрозы жизни себе, товарищу или еще кому либо – открывать огонь на поражение», но, с другой стороны – камнеметателей не считать угрозой жизни. Видимо, тот, кто это приказывал, не понимает опасности камня для машины на скорости 80-100 км/час. Когда камень попадает в такую машину, то это во многих случаях смертельно. А как солдат должен отделить смертельно опасное камнеметание от несмертельного?

Затем: «положите, наконец, конец камнеметанию, можно стрелять по ногам». В одного попали и 3 дня никто ничего не бросал, но сразу же начались поиски виноватых. Виноватого нашли, снова изменили правила открытия огня. По камнеметателям – максимум – резиновые пули. Никакой стрельбы боевыми, даже в воздух или рядом, но по любителям бутылок с зажигательной смесью стрелять на поражение можно.

Надо бы того, кто отдает такие приказы, поставить их выполнять. В общем, «Стратегия терпения» потерпела полный провал, интифада продолжается и по сей день. «Спасибо, в том числе и министру обороны, за счастливое продолжение интифады»

3. Скандал вокруг солдата Эльора Азарии.

Наиболее резонансными были действия бывшего министра по поводу 19-летнего солдата бригады «Кфир» Эльора Азарии. Это один из самых существенных недавних промахов Яалона. Он успел высказаться по поступку солдата до того, как свое решение вынесла соответствующая комиссия. А высказывания высоких должностных лиц не просто отражают реальность, они ее формируют.

Впереди суд. Какое он вынесет решение – неизвестно, но Яалон для проарабских сил уже вердикт вынес. Каким теперь ни будет приговор, для них – истиной в последней инстанции будет заявление Яалона. Эти его утверждения, не что иное, как давление на органы военного правосудия, а преднамеренные «утечки» следствия создают устойчивое ощущение травли и неправедного суда. Солдат – не робот, это живой человек, со своими чувствами и эмоциями. Там, где льется кровь, там эти эмоции работают не так, как в кабинетах министерства. Солдат может ошибаться, министр обороны – нет.

4. Скандал вокруг выступления генерал-майора Яира Голана

Генерал Голан сказал не то, не там и не тогда. Если бы проблема заключалась в словах генерала Голана, было бы проще. Он выступил и разъяснил, что его «не так поняли», и он совсем не то хотел сказать. Начальники обязаны ему разъяснить, «что такое хорошо и что такое плохо», на то они и начальники. Но все гораздо хуже.

В своем выступлении перед высшими офицерами ЦАХАЛа Яалон заявил, что «офицеры должны высказывать свое мнение, даже если оно отличается от взглядов или концепций высшего командования и политического руководства».

Сам-то он вполне мог носить прозвище «Буги – длинный язык» за невоздержанность в высказываниях, выходящих за рамки его компетенции с последующими извинениями. Считалось аксиомой, что офицеры ЦАХАЛа обязаны держать при себе свои политические симпатии и антипатии, а высказываться могут на профессиональных совещаниях в рамках своей компетенции. Теперь понятно, Яалон роль высшего офицерского корпуса в обществе видит иначе. В связи с этим заявлением он был вызван на ковер к премьер-министру.

Ковер – ковром, но в такой трактовке роли генералов в израильском обществе Яалон не одинок.

Есть такая генеральская тусовка: «Генералы за безопасность Израиля». В нее входят заслуженные люди, не удовлетворенные своим пенсионерским статусом. Моше Яалон очень ее украсит.

Для тех, кто не знает, что это за структура, несколько программных высказываний знаковых фигур.
Героический генерал Амирам Левин, сражался во всех войнах Израиля. За 35 лет его военной карьеры занимал должности заместителя директора Моссада, командующего Северным округом и командующего «Сайерет Маткаль». Награжден за личную храбрость в бою.

«В последнее время нам со всех сторон твердят об угрозах. Иран, ИГИЛ, ХАМАС — чего только нет. По моему скромному профессиональному мнению, на сегодняшний день существованию государства ничего не угрожает. Пора выложить карты на стол. Мы — самое сильное государство в регионе, мы — самое устойчивое государство в регионе, у нас самый высокий уровень жизни в регионе, самое современное оружие в регионе, подавляющая часть которого произведена в Израиле. Но кое-кто пытается нам внушить, что наши хилые соседи в любой момент способны нас уничтожить. Это просто неправда. Это надувательство. Другого слова не подберешь».

Действительно – другого слова не подберешь. Врет генерал, но, будем надеяться, искренне верит в это.

Интересны и тезисы прославленного летчика генерала Амоса Ядлина.

Что же он предлагает? А много интересного:

Во-первых, они (палестинцы) обязаны признать, что мирный договор с Израилем как окончательное завершение конфликта, отказаться от дальнейших претензий. Это не то, что они сейчас получат территории, заключат соглашение, а потом начнут требовать еще чего-то. Это — конец конфликта, конец всех претензий.

Во-вторых, беженцы сюда не вернутся. Ни один. Хотят возвращать беженцев — пожалуйста, в палестинское государство.

И третье — они должны быть согласны на определенные оборонные меры. Необходимы оборонные меры, гарантирующие безопасность израильтян.

Эти тезисы хороши не для планов генерала с богатым боевым опытом, а для молитвы. Их нужно написать в записке и вложить в «Котель Маарави». Другого применения этим благим пожеланиям, к сожалению, нет.

Яалон дополнит генеральскую тусовку «стратегией сдержанности». Успеха желать не приходится, успеха не будет.

Некоторые соображения по поводу назначения Авигдора Либермана министром обороны.

Сразу отметем тезис, что у Либермана нет военного образования и опыта. Моше Аренс, израильский авиационный инженер, учёный, бывший дипломат и политик, трижды занимал пост министра обороны. Отсутствие генеральского звания не помешало ему прекрасно справляться с должностью. Так что дело не в армейском прошлом. Важно, какие задачи будет ставить политик Либерман на этом посту.

Даже Орли Леви, спешно покинувшая Либермана, в своем интервью сказала, что он не просто присутствовал в оборонных комиссиях, он многому научился, четко реагирует на обстановку. Либерман считается сторонником жесткой линии. Хорошо это или плохо? В любой линии можно дойти до абсурда, но, кроме высказываний в адрес Нетаниягу в период нахождения в оппозиции и требований уничтожить ХАМАС во время операции «Нерушимая скала», он зарекомендовал себя как прагматичный и ответственный политик.

Требования уничтожить ХАМАС звучат красиво, но бессмысленно. Максимум, как начальная часть тезиса. Уничтожить, а потом? Передать Газу Абу Мазену, чтобы ему было удобнее шантажировать Израиль? Оккупировать, и взвалить на себя хомут в полтора миллиона враждебных арабов? О том, что потом, Либерман благоразумно промолчал.

Как же это согласуется с прагматичностью? Трудно сказать, больше похоже на политические игры.

В новой должности ему будет не до политических игр. Ему придется заниматься назначениями высокопоставленных офицеров, таких, как координатор правительства в ПА, глава отдела разведки, руководитель радиостанции "Галей ЦАХАЛ", военный цензор и главный военный прокурор, возглавлять комиссию по назначению следующего президента военного суда, которому, возможно, предстоит исполнять закон о смертной казни для террористов, обещанный Либерманом.

Но это только небольшая часть работы. Ему придется принимать решения по операциям ЦАХАЛа, которые могут иметь стратегическое значение. А их будет немало.

Он будет давать (или не давать) разрешения на тайные контакты со странами или организациями, которые считаются врагами Израиля, определять политику в отношении жителей палестинской автономии. В его компетенции будут и вопросы разрушения незаконных построек в Иудее и Самарии, а также принятие или отмена административных указов против акций возмездия.

Да, очень не похожа новая должность на сравнительно спокойное кресло в оппозиции на «скамейке запасных».

В сегодняшней ситуации, когда так называемым «мирным процессом» озабочена Франция и продвигает инициативу, где Израилю изначально предназначена роль проигравшего, при том, что мир не получит никто, жесткая линия представляется вполне обоснованной. Тут Либерману и карты в руки.

А что касаемо рассуждений о «моральном облике ЦАХАЛа», то невредно бы вспомнить, что с нимбом вокруг головы военных не бывает. Армия обязана пришедшего убить тебя – убить первым. Стране остро требуется министр обороны, который мог бы вернуть ЦАХАЛу правильное понимание системы приоритетов, а это, прежде всего, выполнение поставленной задачи и стремление к победе. Но не только, а еще и ощущение защищенности, а не презумпции виновности, которая следует за солдатом в последнее время.

А уход Моше Яалона армия переживет.

В Тель-Авиве на площади у театра Габима прошла демонстрация левых против назначения Либермана. То, что она прошла одновременно с аналогичными протестами ХАМАСА, говорит, что все сделано правильно.

P.S.

Было бы полуправдой, если не сказать, что «для танго нужно двое», и Буги не был солистом, парой Буги был Нетаниягу. Это Нетаниягу среди всех прочих выбирал и назначал его на все должности вплоть до и.о. ПМ, на время своего отсутствия. И если «Авода» не торпедировала коалиционные переговоры, то, скорее всего, Буги остался бы на своем месте. И если бы Буги согласился принять МИД, то он, сумевший своим языком в одно мгновенье испортить отношения с администрацией Президента США, возглавил бы это ведомство и оставался бы вторым человеком в узком кабинете по вопросам обороны. Как бы то ни было, теперь соратник Биби – Либерман. Смогут ли они преодолеть взаимное недоверие – покажет время.

 

Мы странная нация.

Голосуем за убийство, демократическое государство, еврейские ценности... Пора бы выбрать....
Кто назовет умными? Разве, что Фантик... Так он купленый на корню...
А может быть, это время Либермана?

Для начала, один из комментариев на статью. По моему, все правильно...

61yakov61 -> lian33

30.05.2016 10:01
Я об этом писал в паралельной теме.
Процетирую себя.
Фанатики-"шмоматики"..."Вникать..,незапрещать,договариваться"..Розовые сопли.
Была такая шиитская секта "ассасинов" (гашишистов),управляемая "старцами горы".
Почти 200 лет все и мусульманские и христианские страны "раком ставили"..
А их ублажали тогдашнии правители и "договаривались с ними"..А ассасины их резали,травили и кололи..
Пришел "неразговорчивый" Чингиз хан, выжег все Приэльбрусье,с населением,обеспечивающими "старцам горы" логистику. И ассасины стали лишь легендой.
Рак заговорить невозможно.Его можно или вырезать или выжечь химией или радиацией...
А остальное,как и эта статья,-РОЗОВЫЕ СОПЛИ.

Читать дальше: http://mnenia.zahav.ru/Articles/7660/spravedlivosti_v_islame_ishut#ixzz4A7Txda2n
Follow us: zahav.ru on Facebook

Читать дальше: http://mnenia.zahav.ru/Articles/7664/eho_controlnogo_vistrela#ixzz4B3l2W6qV
Follow us: zahav.ru on Facebook



Фото: Getty Images


Эхо контрольного выстрела
30.05.2016 07:46
Выстрел, которым солдат Эльор Азария добил раненого террориста в Хевроне, второй месяц будоражит израильское общество.

История, вкратце, такова. 24 марта на пост ЦАХАЛа было совершено нападение двумя вооруженными ножами палестинцами - израильский военнослужащий был ранен, но успел уничтожить одного террориста и тяжело ранить (всадив не менее шести пуль) другого. После инцидента командир взвода ощупал обоих палестинцев, убедившись, что на них нет взрывчатки, а спустя шесть минут прибыл фельдшер, который погрузил раненого солдата в машину скорой помощи. Еще через пять минут фельдшер снял каску, отдал ее своему товарищу, подошел к раненому террористу и почти в упор выстрелил тому в голову. На требование офицеров объясниться стрелявший ответил: «Нападающему на моих друзей - не жить».

Командир бригады, которому доложили о происшедшем, расценил это как правонарушение и передал дело в военную прокуратуру (это произошло еще до того, как ролик об инциденте появился в Сети). Министр обороны Моше Яалон и начальник генштаба Гади Айзенкот осудили действия Азарии. Премьер-министр Биньямин Нетаниягу поначалу сделал то же самое, но на фоне кампании общественной поддержки солдата, которая развернулась в стране, стал более осторожен в высказываниях. Стихийные митинги в поддержку Эльора прошли во многих израильских городах, а капитан запаса Ран Леви призвал наградить бойца и объявить его героем Израиля - соответствующую петицию подписали уже десятки тысяч человек.

По ряду опросов общественного мнения, 82% (это не Россия!!) израильтян считают Эльора Азарию (уже обвиненного судом в непредумышленном убийстве) невиновным, а 66,5% согласны с высказыванием главного сефардского раввина Ицхака Йосефа о том, что убийство террористов - это заповедь. Один из наиболее авторитетных раввинов национально-религиозного лагеря Ури Шерки заявил, что «солдат действовал нравственно и разумно, хоть и поступил вопреки приказу», призвав изменить армейские инструкции. «Правило должно предписывать, что террорист, совершающий теракт, не должен остаться в живых. Его убивают не потому, что он все еще может угрожать жизни людей, но потому, что это правило военных действий». Конец цитаты.

Никогда еще правое правительство не подвергалось столь массированной атаке справа, поэтому прокомментировать ситуацию мы попросили представителя этого лагеря, религиозного сиониста, бывшего бойца бригады «Голани», раввина Пинхаса Розенфельда.

- Прежде всего, меня очень огорчают попытки выдать желаемое за действительное, - говорит рав Пинхас, - мол, солдат опасался, что на террористе есть пояс шахида, поэтому сделал контрольный выстрел. Каждый, кто дал себе труд посмотреть видео, может убедиться, что это не так. Не надо себе лгать. Если вы считаете, что раненого террориста позволительно добить, - скажите это прямо, не придумывайте несуществующих аргументов. Это «ватный» прием, свойственный, к сожалению, части правого лагеря - люди просто не позволяют неудобным фактам испортить их представления о реальности. Это очень по-советски - искренне полагать, что абсолютно все, что делаем мы или наши единомышленники, - правильно и не подлежит критике.

Другое дело, что парень находился в сложном психологическом состоянии - вообще, поведение одного и того же человека на войне и в гражданской жизни очень отличается. Я знаю это по себе - человек в форме чувствует, мыслит и действует по-другому. Да, всем нам прививали 12 принципов поведения солдата ЦАХАЛа, едва ли не главный из которых - святость оружия - нельзя стрелять в противника, не представляющего угрозу. Да, общество требует от солдата даже в экстремальных условиях оставаться человеком, и это очень непросто, когда тебе 19 лет, ты служишь в Хевроне (я тоже там служил), и оружие дает тебе власть. Непросто осознавать, что выживший террорист вполне сносно будет чувствовать себя в тюрьме, имея возможность получить там даже высшее образование, при этом для соплеменников он останется национальным героем. Солдату это кажется несправедливым - как же так, они на нас нападают, хотят зарезать, а мы их потом кормим и даже учим, и он решает… совершить самосуд.

Вместе с тем - знаю, что меня назовут левой сволочью и предателем - я вовсе не уверен, что этот палестинец с ножом является террористом. Идет война, он видит себя борцом сопротивления, атакуя вражеского солдата, и совершенно неважно, что мы - евреи - думаем по этому поводу.

- Примерно в этом духе высказывается арабский депутат Кнессета от оппозиционного «Сионистского лагеря» Зоир Баалуль, и это очень раздражает даже его товарищей по партии…

- Не все, о чем говорят наши оппоненты, следует отметать с порога, тем более, что и рав Шерки, которого не обвинить в левизне, называет это войной. А теперь представьте, что идет Первая мировая, и немецкий солдат в рукопашном бою заколол штыком французского, но сам был ранен другим французом. И вот этот француз, решив отомстить за смерть товарища, хладнокровно стреляет в голову уже обездвиженного немца. Мы бы не поморщились при этой сцене? Мы, воспитанные в европейской, иудео-христианской или еврейской традиции…

Подчеркну, речь идет исключительно о нападениях на солдат, а не гражданское население. Последнее тоже происходит сплошь и рядом, но многие палестинцы понимают, что убийство мирных граждан, тем более детей, вредит имиджу национально-освободительной борьбы. Поэтому в первую очередь они нападают на солдат. И кто они в данном случае - террористы или военнопленные?

- Тот же рав Шерки признает, что это национальная борьба, и утверждает, что солдат не ошибся или погорячился, а поступил нравственно, поскольку речь идет о законах войны, а не самообороне… Только законы эти он понимает отнюдь не в европейском смысле…

- Да, это вопрос о правилах войны. Зачем ИГИЛ ведет себя так, как ведет, - отрубает головы, практикует публичные казни и т.п.? Для запугивания врагов. Когда одна сторона соблюдает правила, а другая нет - это дает ей огромные преимущества. Хочешь выиграть - не соблюдай правила. В 1942-м Константин Симонов написал свое знаменитое стихотворение «Убей его!», через неделю Эренбург опубликовал статью «Убей!», и лозунг «Убей немца!» - не фашиста, а немца - получил общенародную поддержку. Такой вот антигуманный призыв, невозможный в мирное время. Вопрос - готовы ли мы идти этим путем? Рав Шерки полагает, что обязаны, ведь противная сторона правила не соблюдает.

- Допустим, и чем мы тогда лучше их? И вряд ли кому-то после этого придет в голову назвать ЦАХАЛ самой высокоморальной армией мира…

- Норвежский политик Карстен Хаукен, изнасилованный сомалийским беженцем, заявил недавно, что чувствует вину перед преступником, ведь того депортируют на родину. Насколько морально это заявление? Мне это поведение кажется безнравственным по отношению к своим согражданам. Возможно, это по-христиански. Но с точки зрения еврейской морали справедливо вышвырнуть этого беженца - возможно, это спасет не одну жизнь. Иудаизм в этом смысле руководствуется не столько чувствами, сколько справедливостью.

- В случае с террористами это не работает - практически все они знают, на что идут, готовы умереть, и в 90% случаев эти нападения ровно так и заканчиваются.

- Тем не менее многие выживают, и всегда есть риск, что после очередной сделки они выйдут на свободу. В рамках сделки Шалита были освобождены террористы с кровью на руках, многие из них вернулись к прежнему роду занятий - от их рук после освобождения уже погибли несколько израильтян. Насколько эту сделку можно считать нравственной? Даже учитывая, что был спасен израильский солдат. Если самолет, захваченный террористами, пикирует на густонаселенный центр мегаполиса, - морально ли его сбить? Ведь там 200 невинных пассажиров. Но в городе сотни тысяч мирных жителей.

- Перед солдатом не стояла такая дилемма. Террорист был обезврежен и, тем не менее, контрольный выстрел в голову рав Шерки называет нравственным поступком…

- Это вопрос о том, как мы ведем эту войну. Если мы - как народ - решаем, что эту войну можно выиграть только так, как предлагает рав Шерки, то это должно стать государственной политикой - человек, пришедший тебя убить, должен быть убит - согласно заповеди дин родеф. Если ты его не истребишь, то он истребит тебя, но позже - в этом отличие от конфликта между, условно говоря, немцами и французами, которые не ведут войну на уничтожение.

Для нас же это вопрос о том, что такое хорошо и что такое плохо, и он выходит далеко за рамки хевронского инцидента. Несколько месяцев назад разразился спор, кому в первую очередь медики обязаны оказать помощь после теракта - тяжелораненому террористу или израильтянину с ранением средней тяжести. Согласно инструкциям Маген Давид адом - приоритетом пользуется тяжелораненый, вне зависимости от обстоятельств. Но галаха однозначно запрещает путать жертву и преступника - у них разный статус.

Ни один другой народ не вынужден решать столь сложные нравственные дилеммы. Во всяком случае, сегодня.

Хотя, можно вспомнить о бомбардировках союзниками Дрездена и Нюрнберга в 1945 году -ради устрашения, чтобы сломить волю противника к сопротивлению и закончить войну на несколько месяцев раньше. Возможно, и атомная бомба, сброшенная на Хиросиму, сохранила жизни гораздо большему числу людей, чем унесла. В том числе и японцам, которые капитулировали и прекратили гибнуть за императора.

- Не пугает общество, живущее по таким законам? Ведь большинство израильтян поддерживают этого солдата - вряд ли все они сторонники внесудебных расправ, но все-таки…

- Толпа сделала этого парня героем, что, на мой взгляд, неправильно. Будучи продуктом израильского общества, он совершил самосуд - во всяком случае, по меркам нынешнего морального кодекса. Кстати, на этапе внутреннего расследования командир бригады «Кфир» ни слова не услышал от обвиняемого о поясе со взрывчаткой.

То, что сделал Азария, - не норма, а отклонение от нее. Но если общество примет это как норму, возможно, это приведет нас к победе с минимальными жертвами с обеих сторон. До последнего времени Израиль пытался совместить несовместимое, ведя войну по правилам, которые не соблюдают его враги, и за счет огромного технологического преимущества нам удавалось маневрировать между европейской моралью и ближневосточной реальностью. Видимо, это время подходит к концу…

Источник: Хадашот

Читать дальше: http://mnenia.zahav.ru/Articles/7664/eho_controlnogo_vistrela#ixzz4B3liGjOF
Follow us: zahav.ru on Facebook

 

Фото: Getty Images

Легко ли быть "черным"
04.06.2016 07:08
Как живут ультраортодоксальные евреи в Израиле

В Израиле ненавидят "черных" больше, чем где-либо. Речь не о цвете кожи, а о черных шляпах, лапсердаках, халатах и пейсах. Сами они определяют себя как харедим - "богобоязненные". Другие называют их ультраортодоксами. Говорят, что они сидят на шее у государства, не служат в армии и плодятся как кролики. Все ли так, как говорят?

Больше не экзотика
Когда я оказался впервые в Израиле в 2000 году, будучи студентом, мы с компанией решили посетить очень интересный иерусалимский квартал - Меа Шеарим. Рассказывали, что там живут ультраортодоксальные евреи, которые ходят в старомодных одеждах, а по субботам не пускают в этот район транспорт. При входе в квартал на иврите, английском и очень кривом русском было написано обращение к туристам с призывом не нарушать покой этой части города и заходить туда только скромно одетыми. Квартал и его жители в черно-белой одежде показались нам исключительно мрачными и неприветливыми. Спустя несколько лет, когда я снова оказался в Иерусалиме, я обнаружил, что Меа Шеарим потерял уникальность и экзотичность. Не потому, что его жители изменились. Просто шляпы, пейсы, халаты и лапсердаки распространились по всему городу. Перегораживать по субботам дороги, чтобы по ним не ездили автомобили, стали и во многих других кварталах города.

Светские иерусалимцы жаловались, что город "чернеет". Через какое-то время "почернел" я сам. И хотя я порой позволяю себе ходить в джинсах, а в моем гардеробе есть рубашки не только белого цвета, тем не менее об этом странном обществе я скорее могу сказать "мы", нежели "они".

Поначалу кажется, что все одеты в униформу, на самом деле здесь множество движений, течений, направлений, религиозных групп и так далее. И у каждой группы "униформа" своя. Дресс-код - важнейшая составляющая израильской жизни. Это касается не только харедим, но их - в особенности. "Толдот Аарон" - в полосатых халатах, вижницкие хасиды - в круглых шляпах, литваки - в итальянских костюмах и шляпах борсалино… Кто есть кто - сразу видно по одежде. Живут, как правило, тоже компактно. Чисто "харедными" населенными пунктами считаются Бней-Брак, Бейтар-Илит, Кирьят-Сефер. В других местах возникают и растут "черные" кварталы.

"Ты из России? Да ладно! Ведь русские нерелигиозны, они реалисты", - не верит татуированный длинноволосый таксист. Раньше это было действительно так. Теперь же есть целые кварталы, населенные преимущественно "русскими" харедим. Самый известный - иерусалимский район Рамот.

Коммунизм без ТВ
Бабушка прислала из Питера внуку в Бейтар разноцветную толстовку с суперменом. "Бабуль, спасибо, конечно, большое, только меня за такую кофту из хедера выгонят", - говорит 10-летний Йоси. Школа - самый эффективный инструмент общественного воздействия. Формально тебя не заставляют выполнять неписанные правила общины, но если ты им не следуешь - на твоих детей начинают косо смотреть другие родители: "А безопасно ли с ними общаться нашим детям? А не научат ли они чему плохому? А не перевести ли моих в другую школу, с более строгими правилами?" В этих условиях директору школы проще "попросить" того, кто выбивается из общей массы, чем успокаивать встревоженных родителей.

Дети харедим одеты весьма скромно. Младшие донашивают вещи за старшими. Нередко можно увидеть разновозрастных детей, одетых в вещи одинаковой расцветки, - это дети из одной семьи. Они не смотрят кино и мультфильмов, не играют в компьютерные игры. Телевизор в этом обществе строго запрещен и считается наиболее "токсичным" предметом светского мира. Если он появится дома, это будет означать автоматическое исключение детей из школы, а с обладателем голубого экрана просто не будут общаться. В особо строгих общинах также идет война против интернета и смартфонов. Но здесь все сложнее: эти "блага цивилизации" многим необходимы для работы. Те, кто не могут без них обойтись, часто устанавливают "кошерный интернет", в котором заблокированы все сайты с нескромными картинками.

Несмотря на все это "мракобесие", многие харедим активно работают в хай-теке. Как же такое возможно, если в их школах преподают почти исключительно религиозные предметы, а в светских школах они не учатся? Знания добираются на специальных курсах. Причем программу, которую на обычных курсах проходят за три месяца, харедим осваивают за две-три недели. Привычка решать нестандартные задачи, смотреть на проблему с разных точек зрения вырабатываются в процессе изучения Талмуда. В отличие от многих конфессий, стимулирующих "простую, бесхитростную веру", еврейская религия не только не преследует, но, напротив, поощряет каверзные вопросы, дискуссии и проверку утверждений логикой. Талмуд именно из этого и состоит. Известны случаи, когда большие мудрецы Торы просто гнали со своих уроков тех учеников, которые не задавали вопросов и были со всем согласны.

Изучение Торы - главная ценность в мире харедим. Твой вес в этом обществе определяется не размером счета в банке, а тем, насколько ты продвинут в знании Талмуда. Например, юноша, все время посвящающий учебе и живущий на очень скромную стипендию йешивы, - более завидный жених, чем тот, кто работает и, соответственно, лучше обеспечен. Довольно распространенная ситуация, когда в семье зарабатывает жена, а муж все время учится в коллеле (учебном заведении для женатых мужчин).

Здесь принято помогать друг другу. Если тебе не с кем оставить детей - за ними присмотрят соседи, если не хватает посуды, одежды, техники - поделятся, одолжат, подарят, в конце концов. Существует огромное количество "гмахов" - мини-фондов бесплатного проката вещей. Организуют их люди сами. Ящики с вещами, которые можно взять, попользоваться и вернуть на место, стоят прямо на улицах. Есть и денежные "гмахи", где можно взять в долг без процента (одалживать под проценты евреям запрещает Тора). Только ежемесячные выплаты будут довольно большие по сравнению с банковскими. С другой стороны, тем же соседям есть дело до твоей личной жизни - вплоть до того, какого цвета твои ботинки и в каких колготках ходит твоя жена. За дресс-кодом следят очень строго.

Есть ли те, кто уходят из этого зарегулированного множеством правил общества? Есть, но их немного. Цахи, принадлежавший к гурским хасидам, пытался оставить религию и стать простым светским израильтянином. Родители не отвернулись от него и поддерживали связь. Через какое-то время он вернулся к образу жизни "соблюдающего" еврея. Правда, после отхода от религии он не мог жениться на девушке из своей общины - и теперь женат на репатриантке из России (религиозной, разумеется). Хотя свадьбу они справляли в его общине, поселились среди более либеральных хабадников.

Перечеркнутый Герцль
Мой раввин живет в Бней-Браке на улице рава Шаха. Улица названа в честь великого раввина, который родился в 1894 году в Литве, входившей тогда в Российскую империю, а умер в 2001-м здесь, в Бней-Браке. Когда-то улица носила имя основателя Всемирной сионистской организации Теодора Герцля, но жители добились переименования. На некоторых домах до сих пор висят таблички со старым названием, перечеркнутым наискосок. Это своего рода протест: "Мы не признаем вашей идеологии и ваших кумиров!", "Не хотим вашего Герцля!"

Большинство харедим относятся к Государству Израиль и идеям сионизма скептически, настороженно, а иногда и враждебно. Дело не только в том, что Герцль писал, что призвал бы евреев креститься, если бы это избавило их от преследований. И даже не в том, что основатели государства были нерелигиозными людьми левых взглядов. Главная причина в том, что с точки зрения многих религиозных авторитетов избавление, которого евреи давно ждут, придет только с восстановлением Иерусалимского Храма. Сам Творец отправил евреев в изгнание, и Он же должен их вернуть. Только когда придет Машиах - царь-избавитель, тогда и будет создано не просто еврейское государство, устроенное по законам Торы, но царство справедливости во всем мире. А сионистский эксперимент - это самоуправство.

Особо непримиримые к сионизму течения (например, сатмарские хасиды) отказываются от полагающихся им льгот и пособий, не желая ничего принимать от "неправильного" государства. Следует, однако, заметить, что те харедим, которые любят устраивать демонстрации перед камерами с палестинскими флагами, в среде самих же харедим считаются отщепенцами. Одно дело - не признавать государство, совсем другое - поддерживать убийц.

Впрочем, не все "соблюдающие" евреи отрицают идею государства. Есть так называемые религиозные сионисты. Они не ходят в черно-белом, носят вязаные кипы и считают, что раз Всевышний позволил государству появиться - значит, так и должно быть, и это первый шаг к избавлению. А "откошеровать" это государство - уже наша задача. "Вязаные" относятся к Герцлю и основателям современного Израиля благосклонно, несмотря на то, что те были абсолютно светскими людьми. С харедим "вязаные кипы" тоже не очень ладят. Основная претензия к "черным" - отношение к службе в армии.

Дезертиры
"Под ружье пейсатых дармоедов!" - такое звучит регулярно. Этот вопрос часто ставится на выборах, политики зарабатывают очки на обещаниях заставить наконец-то харедим служить. Это основная претензия к ним со стороны израильского общества и причина острой критики со стороны "вязаных кип", которые приравнивают службу в армии к религиозной заповеди.

К армии в Израиле отношение трепетное. Старушка, садящаяся в автобус, настаивает, чтобы группа солдат прошла впереди нее, и не терпит возражений. Хозяин кафе бесплатно кормит ребят в военной форме. Повсеместно принято подвозить едущих на побывку домой солдат на своих машинах, все на каждом углу говорят им "спасибо"…

У харедим - все наоборот. Если ты пошел в армию, твой статус понижается. Самые лучшие невесты за такого парня уже не пойдут. Более того, многие его осудят. В харедимном мире есть группы, которые активно борются с призывом в армию, расклеивая обидные плакаты и подвергая оскорблениям солдат, которые все же пошли служить. Почему?

Дело в том, что армия в Израиле - это не столько защита от врага (с этой задачей с успехом справляются спецслужбы), сколько инструмент социализации. Если отслужил - ты вписан в израильское общество, тебе открыты все двери, ты свой. Именно этого и не хотят харедим. Принципиально важно стоять особняком, не смешиваться с этим обществом, которое основано на других ценностях.

Когда же харедим упрекают в том, что они отказываются защищать страну, они возражают, что защищают не танки и автоматы, а покровительство Всевышнего. Светские же граждане, нарушая заповеди, как бы снимают с себя Его защиту, подвергая опасности весь народ. Таким образом, это не мы, а они - дезертиры.

Тем не менее в последнее время служить идет все больше "черных" юношей. Естественно, они служат не в обычных, а в специально созданных для них "харедных" частях, где строже правила кашрута и нет женщин. Но если раньше в армию шли обалдуи, не способные учиться в йешиве, то теперь идут не только худшие, но и средние ученики. Религиозные учебные заведения уже не могут принять такое количество народа.

У чужих
"Ну и где же ваш Машиах?" - ехидно бросает мне лысый старичок в шортах, реагируя на мою черную кипу и белую рубашку. Я иду по враждебной территории - городу Тель-Авиву. Здесь религиозных почти нет. Вокруг уютные скверики, рядом - красивый парк Яркон, расположившийся вдоль одноименной речки. Тут и там атлетически сложенные мужчины и женщины совершают пробежку: спорт в моде.

Мы с женой и детьми заходим в кафе. "Здесь некошерно!" - предупреждает парень за барной стойкой. Идем в другое - то же самое. Третье, четвертое… В следующем просим хозяина предъявить сертификат кашрута. "Ну, в общем-то, у нас ничего некошерного здесь нет, но мы работаем по субботам". Для нас это означает, что есть здесь нельзя: поддерживать нарушение евреями субботы своими деньгами запрещено. В следующем заведении под вывеской написано "кошерно". И по субботам они не работают. Но вот незадача: это сертификат главного раввината Израиля, который считается недостаточно строгим. В Израиле множество организаций, сертифицирующих кошерность продуктов питания, кафе и ресторанов. Но в среде харедим принято покупать продукты и есть в заведениях, получивших сертификат наиболее въедливых и дотошных организаций.

На одной из красивых тель-авивских улиц к нам подходят улыбчивые и вроде бы скромно одетые девушки, раздающие листовки. Вчитавшись в текст, я понимаю, что это какая-то околохристианская секта. Иногда из окон свешиваются радужные флаги ЛГБТ. Нагулявшись по территории противника, мы возвращаемся к своим - в "черное гетто", где все не так эстетично, зато можно поесть, зайти на общественную молитву или урок Талмуда. Там везде бегают дети. Там - жизнь.

Кролики
В Москве я со своими тремя детьми считаюсь многодетным родителем. Этот статус позволяет мне бесплатно водить детей в государственный еврейский садик, где обеспечивается кашрут, я пользуюсь бесплатным проездом в транспорте, а если бы у меня была машина - мне полагалась бы бесплатная парковка на муниципальных стоянках. На молочной кухне в детской поликлинике нам дают молоко и молочные продукты - не все из этого кошерно, но ведь можно выменять на то, что нам нужно. Раз в месяц мы можем бесплатно ходить в музеи, на выставки, плюс всевозможные скидки для многодетных, плюс небольшое денежное пособие в первые 1,5 года после рождения ребенка. Еще есть материнский капитал…

При этом окружающие всячески хвалят нас за то, что мы в нашей неблагополучной стране в столь трудное время отваживаемся рожать и воспитывать целых троих детей. Наши друзья в Израиле, у которых по четверо, пятеро, шестеро детей, и вовсе считаются героями-безумцами.

У моего раввина 13 детей, и для семей харедим это норма. Из социальных благ такому родителю полагается только пособие в 700 шекелей (примерно 185 долларов), притом что только на детский садик уходит больше 1000 шекелей. При этом от светских израильтян можно услышать примерно следующее: "Эти религиозные фанатики специально плодятся, как кролики, чтобы тянуть из государства пособия и не работать".

Даже с моими социальными льготами я не могу сказать, что из воспитания детей можно извлечь материальную выгоду. Льготы и пособия облегчают жизнь, но они несопоставимы с расходами, а в Израиле - тем более.

А la guerre comme а la guerre
Еду в аэропорт в маршрутке, забирающей пассажиров с разных адресов. На одной из остановок ждем пассажира слишком долго. Наконец входит немолодой человек в одежде вижницкого хасида. Все, начиная с водителя и заканчивая загорелой полной женщиной, поспешили сделать ему замечание, пристыдив за лицемерие: "Какой же ты религиозный, раз заставляешь людей ждать?!" Прямо как в советском трамвае - "А еще шляпу надел!" Он отбивается: "Да вы на меня набросились только потому, что я хареди! А на тебя, водитель, я пожалуюсь в твою фирму!" Формально мужик неправ: опоздав, он задержал всех. С другой стороны, не будь он "черным", накал возмущения был бы куда слабее.

Война между харедим и всем остальным израильским обществом (состоящим из светских, традиционных, "вязаных"…) чувствуется все острее. Все жалуются на "засилие черных": уже сейчас в обшарпанных тесных хедерах учится больше детей, чем в просторных компьютеризированных светских школах. Из-за высокой стоимости квартир в традиционно "харедных" городах ортодоксы постепенно перебираются в другие районы. Таким образом "чернеют" населенные пункты, до сих пор считавшиеся светскими.

Под их предпочтения постепенно подстраиваются магазины, рестораны, другая инфраструктура. Когда государственная авиакомпания "Эль-Аль" попыталась совершать перелеты по субботам и еврейским праздникам, лидеры харедим объявили компании бойкот: ни один представитель ни одной из ультраортодоксальных общин самолетами "Эль-Аль" не летал - указания раввинов соблюдаются неукоснительно. В результате авиакомпании пришлось вернуться к прежнему расписанию.

Сложно сказать, какие причудливые формы может принять израильское общество в ходе этой тихой войны. Харедим все больше входят в израильскую жизнь, меняя лицо страны, но незаметно для самих себя меняются сами. Одно ясно: "противники" больше не могут делать вид, что не замечают друг друга хотя бы в силу быстро растущей численности "черных" жителей страны.


Автор: Григорий Коган
Источник: Lenta.ru


Читать дальше: http://mnenia.zahav.ru/Articles/7687/kak_jivut_ultraortodoxi_v_israel#ixzz4B3p1XRZE

 

То, что было раньше способом сохранения нации, сегодня становится способом ее разрушения. Религиозное мракобесие одинаково отвратительно вне зависимости от того, о какой религии идет речь.

 

Если бы все было так просто.
Приезжай, может быть ты меня поймешь.